Ольга Дыховичная: «Самое страшное, что в России правдой никого не испугать»
© Наталья Гредина Ольга Дыховичная
05 Ноя 2015, 13:30 Как быть бухгалтером и фильммейкером одновременно, почему независимый кинематограф уходит в андеграунд и зачем привлекать на свою сторону Стаса Михайлова? Организаторы фестиваля 2morrow/Завтра Ольга Дыховичная и Ангелина Никонова рассказали Тайге.инфо, чем живет авторское кино в Москве и Сибири. Актриса Ольга Дыховичная и режиссер и сценарист Ангелина Никонова впервые представили свой фестиваль 2morrow/Завтра за пределами Москвы — уикенд короткого метра прошел в Новосибирске в кинотеатре «Победа». В интервью Тайге.инфо они рассказали, почему их вдохновляют фильмы, снятые в Иркутске, и как фестивальное кино помогает преодолевать закрытость ментальных границ между Россией и остальным миром.

Тайга.инфо: Программа короткого метра фестиваля 2morrow/Завтра впервые вышла в регионы. В Москве вы своего зрителя за столько лет, наверное, уже научились определять на глаз и что-то знаете про него. А в Новосибирске для кого это все?

Дыховичная: Действительно, 2morrow первый раз выехал в регионы, и мы рады, что это не мы себя предлагали, а был обоюдный интерес. «Победа» в Новосибирске, насколько я понимаю, больше, чем кинотеатр, это такая точка сборки, здесь среда, место силы, а мы, конечно же, искали партнерство. Нам было интересно встретиться не только с московским зрителем, но это возможно, только если есть площадка, которая так же нуждается в нас, как и мы в ней. Тут, мне кажется, получился очень правильный альянс. Мы впервые сделали уикенд короткого метра, потому что на фестивалях в силу того, что с дистрибуцией ситуация с каждым годом все ухудшается и ухудшается, освобождается конкурентное пространство, потому что когда в кинотеатрах очень мало альтернативы коммерческому прокату, востребован становится фестиваль.

Я не рада той ситуации, которая происходит вообще с дистрибуцией авторского кино, но для фестиваля это стало новым этапом развития. Когда у нас прошел в январе 2015 года большой фестиваль в Москве, мы вдруг поняли, что потребность в фестивальных показах возросла, несмотря на то, что жизнь стала тяжелее, платежеспособность резко упала. Есть кризис в настроениях. Физические границы не закрываются, но ментально они уже закрыты. Тем не менее, фестиваль стал возможностью культурной интеграции, когда ты видишь, что жизнь человека не ограничивается страной, городом, квартирой. Когда ты видишь, что есть универсальные болевые точки и проблемы, которые объединяют нас со всем миром. Мне кажется, это очень важное ощущение, когда благодаря фильму ты чувствуешь родную душу в человеке, который живет в Средней Азии или Китае, Африке или Латинской Америке. Это задача фестиваля — объединять людей.

Мы почувствовали, что сейчас пришло новое время востребованности авторского кино. Короткий метр мы впервые показали как раз в январе, это была мастерская Сокурова, и для нас это было большим потрясением. Эту мастерскую он набрал четыре года назад в Кабардино-Балкарии. Во-первых, потрясение было в том, что человек такого масштаба, как Сокуров, пришел в педагогику и отнесся к этому как к миссии, а не как к серии мастер-классов. Это было для него проектом жизни на 4–5 лет. Второе потрясение было связано с тем, что, когда мы смотрели эти картины впервые, мы вообще не поняли, каким образом мастер с таким ярким почерком смог вырастить студентов, чьи картины вообще не похожи на его фильмы.
Никонова: С индивидуальными голосами, индивидуальным почерком.

Дыховичная: Обычно ты видишь, как почерк мастера трансформируется в эхо в работах его студентов. Я точно вижу, например, выпускные работы студентов Сергея Соловьева, я вижу, как студенты заражаются почерком мастера, это естественно, когда это немножко похоже на секту. Мы же поняли, что работы студентов Сокурова различны по киноязыку, по жанру: там есть спортивная драма про парня, который занимается боями без правил, есть девичьи метания по поводу выбора своего мужчины, есть драма отцов и детей.

А ответ крылся в очень простом решении Сокурова — он принципиально запретил студентам смотреть его фильмы. Для меня лично это было потрясением. Он решил изолировать от себя своих студентов и при этом дать им профессию, ремесло, соединение со временем и жизнью. Это как раз то, о чем говорит Геля: люди должны рассказывать истории своей жизни, а не выдуманные конструкции. У Александра Николаевича это получилось: студенты рассказывают о своей жизни. Я столько о Кабардино-Балкарии узнала, благодаря этим работам. Далее мы подумали, что короткометражное кино всегда существует на бонусной территории: «Если вы не достали билеты на громкие премьеры, то вот у нас есть короткометражное кино, посмотрите».

Никонова: На больших фестивалях программа короткого метра всегда остается в тени, а здесь эта идея удачно прижилась, и короткому метру уделили целый уикенд.

Дыховичная: И как раз мастерская Сокурова натолкнула на мысль оглядеться вокруг и посмотреть, а есть ли вообще студенты новых мастерских. Все говорят о демократизации, о реформе кинообразования, которая сама собой произошла, когда в профессию педагога пришли молодые режиссеры. Ангелина — не исключение, она пришла в эту среду, будучи молодым режиссером, ищущим свою тему, свой путь в профессии. Мастерские набрали Дмитрий Мамулия, Алексей Попогребский. Ну, понятно, Марина Разбежкина — ее школа уже доказала свою уникальность, методику. Выпускницы этой школы — это Наталья Мещанинова, Валерия Гай Германика. Владимир и Александр Котты набрали мастерскую во ВГИКе. В усеченном варианте мы хотели показать в Новосибирске в том числе работы студентов этих новых мастерских.

Никонова: Отвечая на ваш вопрос, узнали ли мы своего зрителя, могу сказать, что, к счастью, зрителей фестивальных смотров появляется все больше и больше. Зрители, которые любят, чтобы их развлекали, желательно три часа и в объемном изображении, никуда не деваются. Но и зрители, которые любят, чтобы им позволяли задуматься и почувствовать что-то посредством фильма, становится больше.

Дыховичная: Я очень рада тому, что голливудская киноиндустрия удорожает процесс создания кино-аттракционов. Возник такой водораздел: есть глобальное кино-аттракцион с феноменальными технологиями. И есть кино-переживание, кино-размышление, которое заменяет и хорошую журналистику, и хорошую литературу. Этот жанр вмещает в себя все то, чего недостает современной российской культуре. Потому что мы в газетах не можем почесть, чем живут настоящие люди.

Никонова: Я думаю, многие начали понимать, что авторское кино — это высказывание и интересные истории.
Тайга.инфо: Вы так много рассказываете про новые кинематографические мастерские, расскажите и про свою 2morrowFilmSchool, что вы там делаете, кого и чему учите?

Никонова: Так получилось, что наша школа просто отвечает запросам времени. Киноиндустрия как бизнес сильно изменилась, стоящие фильмы все реже попадают в прокат, вложенные в кино средства редко возвращаются, не говоря уже о прибыли. Но хорошее кино всегда найдет своего зрителя, и интернет в этом смысле — большой нам помощник. Осталось научиться рассказывать свои истории в киноформате таким образом, чтобы задействовать внимание и эмоции зрителя, и научиться снимать недорого, с помощью команды единомышленников и технологических средств, которые у всех уже под рукой, это и телефон, и фотоаппарат, уже можно смонтировать кино у себя дома. Слава богу, технологический процесс позволяет нам снимать фильмы про то, что наболело, без больших бюджетов и сидения на режиссерском стуле и без требований продюсера и цензуры. Совершенно душевное авторское кино можно научиться снимать, что и является целью нашей киношколы.

Другой целью у нас является развитие киноиндустрии в регионах. Сейчас Москва — эпицентр образовательных институций, от курсов до киношкол, а из регионов фильмов с каждым годом появляется все меньше, и мы знаем об этом, потому что в рамках фестиваля есть программа «Офсайд», в которую с большим трудом кураторы набирают 6–8 фильмов, снятых за год в такой большой стране. Поэтому, чтобы дать инструменты жителям других городов — а наша страна полна талантами, я снимала кино в Ростове-на-Дону, видела горящие глаза и голод по возможности создать что-то свое — мы и инициировали кинообразование в формате онлайн-курсов, нацеленных на передачу всех самых необходимых инструментов, чтобы начать свой путь в кино. Наша школа — это, по сути, трамплин в профессию.

Тайга.инфо: Ага, а выучившись, человек из региона уезжает в Москву.

Дыховичная: Мы все там понаехавшие.

Никонова: Сейчас это так, потому что киноиндустрия сконцентрирована в Москве. Но она неизбежно начнет расширяться, потому что кино — это путешествие. Москва в кадре надоела, московские истории уже сказаны и пересказаны, все больше интереса вызывают человеческие истории из регионов, и необязательно куда-то переезжать, можно совмещать профессии, можно работать журналистом и параллельно снимать свое кино, можно работать бухгалтером и сниматься в кино. Совмещение профессий — это не самая большая трагедия, наоборот, это может быть прекрасным балансом в жизни. Дальше они найдут свои зрителя, ну, мы же ищем свои фильмы, даже для короткого метра уже есть площадка. Есть, ради чего сесть за компьютер и начать писать свой сценарий.

Тайга.инфо: То есть вы там учите таких мультиинструменталистов, чтобы люди буквально на коленке все могли сделать сами?

Никонова: Совершенно верно. Это вопрос экономики, конечно, если у вас команда из 25 человек, вам сложнее перемещаться, а если вы мобильная команда из пяти человек, то вы и в метро можете снять, и на мосту, и на крыше.

Дыховичная: Это вопрос не только экономики, а еще и того, что очень часто вторые-третьи картины режиссеров, состоявшихся в дебюте, почему-то не получаются. А ответ прост: когда ты контролируешь пять человек и четко ведешь их — это одна история, когда у тебя команда из 20–40 человек, и вдруг появляется кран, вертолет, ты свою идею размываешь на игрушки, а не на главное. Пяти человек достаточно, чтобы снять внятную авторскую историю, это проверка на то, как ты формулируешь. Сначала нужно научиться формулировать близкому окружению.

Никонова: Ну, и за собой легче вести пять человек, чем 25.
Тайга.инфо: В России что-то значимое в смысле кино происходит только в Москве или очаги жизни еще где-то есть? Откуда эти восемь фильмов из регионов берутся?

Дыховичная: Якутия, Иркутск, Екатеринбург. Екатеринбург — вообще родина нового киноязыка, это и братья Пресняковы, и Сигарев. К сожалению, эта традиция, как я вижу, пока не передается дальше молодому поколению в силу того, что и Пресняковы, и Сигарев уехали из Екатеринбурга.

Никонова: Нас скоро предстоит поездка в Екатеринбург, мы наслышаны о большом кинодвижении, которое на базе Свердловской киностудии существует, там организован «Кинохакатон». Но понимаете, в чем самая большая проблема? Даже не в том, что где-то меньше кинотеатров, а где-то больше, и не в том, что нет образовательных институций, а в том, что среди людей бытует ложное мнение, что киноиндустрия — это закрытый мир. «Кто я такой, чтобы снимать кино? Я же не Михалков». Эта элитарность киноиндустрии была навязана десятилетиями. Разрешить себе рассказывать свои истории в кино — это первый шаг, который нужно сделать. Для этого представителям киноиндустрии надо начать проще общаться с людьми. Простые шаги делаются не на уровне правительства, а на уровне человека.

Помимо мультифункциональности в кино, мы настаиваем на новом понятии «фильммейкер» — это больше, чем режиссер, это автор, который, по сути, задумал кино, собрал команду, стал режиссером, продюсером, режиссером монтажа и так далее.

Тайга.инфо: Про Иркутск расскажите подробнее, что там?

Никонова: Там как раз есть такой фильммейкер Юрий Яшников, который вышел из КВН-команды, собрал на краудфандинговой платформе средства на свой фильм «Похабовск. Обратная сторона Сибири», таким же образом нашел соучастников, около 200 вместе с актерами, договорился с кинотеатрами о прокате, и уже потом, когда фильм успешно прошел пару недель в прокате, его всеобщим голосованием продлили в прокате еще на две недели. Это был беспрецедентный случай успешного регионального кинопроизводства, ставшего по сути народным. Яшников уговорил довольно известных московских актеров Александра Демидова из «Квартета И» и Александра Баширова бесплатно сняться у него в комедии.



Тайга.инфо: Обаятельный, должно быть, молодой человек.

Дыховичная: Это, вы знаете, была одна из самых сложных операций — заполучить эту картину на фестиваль. Потому что Яшников — очень принципиальный человек, и это классно. Он долго расспрашивал, кто наш зритель, как мы собираемся картину позиционировать, почему она должна быть показана на нашем фестивале. И только когда получил внятные ответы от организаторов, дал согласие.

Никонова: Москва прошла фейс-контроль, и мы показали его фильм. Такие success story — большое вдохновение.

Тайга.инфо: Удивительно, конечно, что мы в Новосибирске узнаем о том, что происходит в якутском, например, кинематографе из московского журнала «Афиша».

Никонова: А когда мы начнем все это интегрировать, дружить регионами, в объединении будет наша сила.

Тайга.инфо: Ваши «Портрет в сумерках», «Велкам хом» — независимое авторское кино, это вы сами говорили. Скажите, пожалуйста, от кого независимое?

Никонова: От продюсерского влияния, прежде всего. Можно и выпустить слово «независимое», можно остановиться на понятии «авторское». Конечно, приятно работать с большими бюджетами и вообще с бюджетами, когда ты получаешь деньги за свое дело, а все вокруг сыты и довольны. Но всегда продюсер, который тратит свои деньги на фильм, переживает и волнуется, контролирует процесс, и он имеет на это полное право. Поэтому «независимое» — это значит свободное авторское кино, в этих фильмах ровно то, что мы с Ольгой хотели сказать, и не более чем.

Тайга.инфо: У вас в «Портрете в сумерках» есть сцена, когда героиня в свой день рожденья всем всё про всех и про себя рассказывает, кто кому и с кем изменяет. Вот такие люди, как она, в частной жизни, или вот как Навальный, который мозоль натер на языке всем рассказывать, что «Единая Россия» — партия жуликов и воров — в жизни общественной — они дурачки, что очевидные вещи говорят, встав на табуретку, или герои?

Дыховичная: Если бы они что-то могли изменить, то были бы героями. Не берусь говорить про Алексея Навального. Слава богу, что он говорит правду и существует в нашем ландшафте одинаковых животных. Самое страшное, что в России правдой никого не испугать. Чем угодно можно, а правдой, страшными фактами никого не испугать. Такое смирение: ну, да, партия жуликов и воров, а что? То же самое происходит в частной жизни, хотя я не берусь говорить про политику, потому что частное — это больше мое эмоциональное мнение, чем объективное. Но как раз эта сцена и говорит, что никому правда не нужна, и дальше герои продолжат жить такими же удобными конфигурациями. Эта сцена, по сути, такая: ну, да, дурочка вскочила, что-то всем наговорила, хотя все и так всё знают.

Никонова: А неловко-то за нее.

Дыховичная: Да, потому что договорились же жить в удобной лжи. Договорились же? Зачем ломать договоренности.

Никонова: Мы все хотим иногда сделать, как киногерои. Когда у нас внутри наступает точка кипения, мы мысленно становимся на стул и всем все говорим. Прямо сейчас. И когда герой или героиня проделывают это на экране, мы очень ему благодарны, и если она — полная дура, радуемся, что не сделали этого в жизни, но иногда фантазируем.

Дыховичная: Но в жизни героев, я думаю, ничего не изменится. Просто чуть-чуть неприятно будет встречаться. А потом опять забудется.

Никонова: Исповедь является частью нашей культуры, поэтому никого ничем не испугать. 



Тайга.инфо: Тот же «Портрет в сумерках» — это 2011 год, и это кино, конечно, не про
ментов-насильников и не про ментов-взяточников, а совсем про другое, но за четыре прошедших года в искусстве много такого произошло, что художники, мне кажется, на определенные темы сейчас побоятся высказываться прямо или косвенно. То есть про религию, про веру, наверное, сейчас вот так просто ничего не появится, даже если это важный-преважный разговор для художника. Есть у вас что-то, про что вы бы не стали снимать, или в чем не стали бы сниматься, потому что страхово?

Дыховичная: Кстати, скоро выйдет картина, которая очень точно будет говорить про это новое религиозное, неофитное время — это фильм Серебренникова «(М)ученик», и так все акценты расставлены.

Никонова: Есть ли у нас такие темы, о которых мы хотим, но не будем говорить? Знаете, здесь ровно наоборот, потому что, когда возмущение доходит до определенного уровня, ты не замечаешь, как руки начинают сами писать историю на эту тему. Не зря мы используем формулировку «кино-высказывание», потому что кино — это один из способов прокричать что-то важное, обратить внимание на что-то, что, прежде всего, волнует тебя. Это нарыв, который естественным образом прорывается в историю.

Дыховичная: Мне кажется, чем мы острее чувствуем бессилие в какой-то социальной действительности, тем острее потребность высказаться в абстрактной зоне кино, литературы — у каждого свой остров.

Тайга.инфо: Беда только в том, что некоторые за абстракцией видят очень конкретных себя, возмущаются, и получается, что от этих обиженных людей зависит жизнь того или иного произведения искусства. За «Тангейзера» очень обидно все еще.

Дыховичная: А вам не кажется, что странным образом громкие запреты заставляют людей, которые, может быть, и не узнали бы о спектакле, ему сопереживать, включаться в эту историю эмоционально и интеллектуально? В этом смысле я поражаюсь странному противоречию в действиях власть имущих, когда к небольшим явлениям на уровне региона они привлекают внимание грубым методом запрета, мракобесной дискуссией, и тем самым поднимают интеллектуальную часть общества по всей стране. Слово «Тангейзер» сейчас ключевое для очень многих людей, которые работают на территории искусства. Это заставляет собраться, сказать: «Эй, ребята, подождите!» Такие история аккумулируют общество.
Тайга.инфо: Отчасти. Собраться вместе на митинге в поддержку «Тангейзера» было духоподъемно, только это ничего не изменило.

Никонова: Потому что у вас нет opinion makers. У вас нет Елены Ваенги, нет Стаса Михайлова. Кто из лидеров мнений был в унисон с вами? Валерия ли была с вами?

Тайга.инфо: К противоборствующей стороне приехал Николай Валуев.

Никонова: Видите — неравный бой. Надо Ваенгу на свою сторону перетянуть.

Дыховичная: Я все равно считаю, что такие громкие и грубые история заставляют почувствовать плечо друг друга. Вы же почувствовали поддержку из Москвы, из Петербурга? Это важно. Конечно, ее ждешь больше, но и та поддержка, которую ты получаешь в этом глухом времени, для меня ценна.

Тайга.инфо: Ну, значит, наверное, прорвемся.

Никонова: Но перед тем, как прорваться, мы сначала будем вынуждены уйти в андеграунд. Мы говорим об альтернативных кинофестивалях, но ведь еще пошла тенденция квартирников. Когда фильмы не получают прокатного удостоверения, и их невозможно нигде увидеть, киносмотры организуют друзья, а мы возвращаемся в эру VHS-кассет и первых видеомагнитофонов, но уже в чуть другом формате в связи с другой причиной, более драматичной. Поэтому не знаю, куда мы прорвемся, но мы будем продолжать делать кино и смотреть кино, которое нас радует и заставляет думать и чувствовать.

Дыховичная: Нужно максимально внимательно относиться к каждому человеку, с которым ты выходишь на контакт. Я вижу, что оппозиционное сообщество понимает, что уже не работают прямые призывы. На прямой призыв тебе противопоставляют очень сильный ответный прямой призыв. Работает внимательная коммуникация через образовательные, например, проекты. Ну, вот «Арзамас» — это гениальный проект, нужно же бороться за каждый процент аудитории, за каждого человека, который к тебе приходит на концерт, в кинозал, в библиотеку, на литературную встречу. И наше время — об этом, эта коммуникация может выйти в иное качество. Это не борьба за рейтинги — это борьба за единомышленников.

Текст: Маргарита Логинова
Фото: Наталья Гредина

Комментарии:
В связи с событиями, происходящими в мире, мы призываем вас к трезвому и взвешенному комментированию материалов на нашем сайте.

Мы с уважением относимся к праву каждого человека высказывать свое мнение. В то же время Тайга.инфо не приветствует призывы к агрессии, экстремизму, межнациональной вражде.

Также просим воздерживаться от оскорблений, в частности националистического характера.

Высказанные ниже мнения могут не совпадать с мнением редакции. Редакция не несет ответственности за содержание комментариев.

Не допустимы и удаляются комментарии, которые нарушают действующее законодательство и содержат:
  1. оскорбления личного, религиозного, национального, политического, рекламного и иных характеров;
  2. ссылки на источники информации, не имеющей отношения к обсуждаемой теме.
Нажимая кнопку «Комментировать», вы безоговорочно принимаете эти условия.

Рубрика:

Тип публикации:

Компании:


Новости из рубрики:

© Тайга.инфо, 2004-2017
Версия: 5.0

Почта: info@taygainfo.ru

Телефон редакции:
+7 (383) 3-195-520

Издание: 18+
Редакция не несет ответственности за достоверность информации, содержащейся в рекламных объявлениях. При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на tayga.info обязательна.

Яндекс цитирования