«Пора выходить из административного заповедника»: Алексей Александров о партийной дисциплине, депутатах-кнопочниках и выборах омбудсмена
© Анастасия Кораблёва
14 Апр 2013, 09:05 Новосибирский единоросс Алексей Александров рассказал в программе «Тайга.взгляд», зачем выдвинул кандидата в омбудсмены до решения губернатора, заставляют ли его изменить решение, насколько лояльна правительству фракция «ЕР» в заксобрании и какие депутаты пригодятся на выборах главы региона. Депутат заксобрания Новосибирской области, член фракции «Единая Россия» Алексей Александров обсудил с руководителем аналитического отдела Тайги.инфо Алексеем Мазуром и главным редактором сайта Евгением Мездриковым выборы уполномоченного по правам человека в регионе, разногласия в «ЕР», партийную дисциплину и главные задачи омбудсмена. 

Александров пояснил, нарушал ли устав партии, вызывали ли его «на беседу» и может ли он отозвать кандидатуру Ростислава Антонова накануне голосования.

Авторы видео — Анастасия Кораблёва, Наталья Гредина и Кирилл Канин. Ниже приведена расшифровка беседы.


Евгений Мездриков: Здравствуйте! Сегодня Тайга.взгляд посвящена выборам омбудсмена Новосибирской области, которые ориентировочно должны состояться в конце апреля. Вместе с нами эту тему обсуждает депутат законодательного собрания, член фракции «Единая Россия» Алексей Александров. Он один из самых активных участников процесса, потому что выдвинул одного из кандидатов — Ростислава Антонова, известного общественника. Об Антонове и остальных кандидатах, раскладах настоящей предвыборной компании мы сегодня поговорим. Алексей, давай начнем с тобой, для затравки, чтобы Алексей Алексеевич включился в наш разговор.

Накануне записи нашей программы стало известно, что произошло первое снятие кандидата, тоже, как на настоящих выборах. Кандидат Николая Мамулата снялся, Хлебников — инженер НЗХК. Он снял свою кандидатуру и присоединился к Алексею Осипову, к его команде. В экспертный совет, который в том числе общественники и придумали. Сейчас это можно использовать как прекрасную предвыборную технологию — чтобы снять остальных кандидатов. Алексей, ты еще не жалеешь, что предложили создать экспертный совет?

Алексей Мазур: Ну, на самом деле экспертный совет прописан в законе об омбудсмене. Его предложили не мы, он был предложен гораздо ранее. Просто это тот клок шерсти, который можно попытаться вырвать в этой истории, хотя на самом деле, я не знаю, кому больше нужно, чтобы кто-то из общественников вошел в этот экспертный совет. Потому что потом, когда омбудсмен, конечно же, ничего не будет делать и ни с чем не будет справляться, все будут пинать и говорить: «А, вы там сидите, ничего не делаете!» Ну зачем, брать на себя ответственность за то, что может потом не получиться. Вообще, эта история с омбудсменом, она очень веселая, в том смысле, что многие недоумевают — должность-то, вроде бы, «ни о чем». Понятно, что она в большой степени бутафорская, она не функционирует во многих регионах, скорее всего...

Е.М.: Полномочий не предполагает.

А.М.: Скорее всего, особых надежд на исправление ситуации с правами человека в Новосибирской области на него возлагать не надо. И вдруг такие страсти. Хотя, вроде бы, опять же избирать будут депутаты заксобрания, в котором большинство у «Единой России», всё понятно, скорее всего изберут Осипова, из-за чего вот эти страсти? Почему вот эта возня вокруг Антонова — давайте снимать, давайте не снимать?

Е.М.: С моей точки зрения, основной части нашей аудитории, политизированной аудитории, не просто всем жителям Новосибирска, а именной политизированной части, в общем-то, сам по себе этот институт не важен и не интересен. Вопросов было два. Первое: получится ли так, что на этот пост предложат Надежду Болтенко, и после этого начнется передел полностью горсовета? Уже не получилось — и одной интригой меньше. Вне зависимости от того, хотела сама Надежда Николаевна или не хотела. Я уверен, что не хотела. Но мы это оставим за скобками.

Второй вопрос: поддержит ли фракция «Единая Россия» и большинство депутатов кандидатуру предложенную губернатором и Общественной палатой или не поддержит? Вот это вторая интрига, которая сейчас реализуется. Чем ухудшается ситуация для фракции «Единая Россия»? Тем, что формально фракция никого и не выдвигала. Насколько я понимаю. Сначала Алексей Алексеевич [Александров] сотворил сенсацию. Первым выдвинув Ростислава Антонова — не самого удобного и приятного человека для «Единой России» и для региональной администрации, для мэрии.

Вторую сенсацию сотворил Николай Мамулат, который тоже самостоятельно выдвинул, уж не знаю, с кем он советовался, кандидатуру. Фракция — не выдвинула. И, фактически, в последний день, там уже губернатор и совет Общественной палаты предложили Алексею Григорьевичу Осипову, которого мы все хорошо знаем, он выпускник гуманитарного факультета НГУ, профессиональный историк и так далее.

Сейчас начинается вторая фаза, интересная, — как поделятся голоса. Наколько я знаю, и мы сейчас спросим все это у Алексея Алексеевича, шли переговоры с разными членами фракции, разных людей о том, могут ли они поддержать другую кандидатуру, например, Антонова, или когда коммунисты собирались предлагать Жирнова, поддержат ли они Жирнова? Голосование-то тайное. Алексей Алексеевич, не боитесь ли вы, что это пойдет в разрез с линией партии, что вы выдвигаете Антонова?

Можно сказать — это протест партийный, что я выдвинул Антонова. Хотя бы будет альтернатива

Алексей Александров: Если вернуться во время выдвижения, я вообще, в принципе, не ожидал, что будет такая реакция. Некоторые мои соратники не поняли меня. Может быть, если говорить о партийной дисциплине, конечно, все говорили посоветоваться со своими. Но тенденции, которые складываются, когда без какой-то внутрипартийной дискуссии выдвигаются на разные должности или [принимаются] разные законы, и потом, нас как бы ставят перед фактом, да, может быть это выработало во мне такую... можно сказать протест партийный, что я выдвинул [Антонова]. А потом — хотя бы будет альтернатива. Вот это было первое. Естественно, вы знаете, что я частенько хожу на круглые столы. Где злободневные темы рассматриваются, в том числе. До этого еще, до всех событий, тему омбудсмена мы рассматривали года два...

Е.М: Да, не меньше.

А.А.: Да. И разные точки зрения были. У меня всегда была, во-первых, точка зрения такая, что пока не реализуется полностью на 100% права, как ни странно, депутатов законодательного собрания, и муниципальных советов... Так же, как я, забежал, может быть, вперед паровоза, как говорят, также и здесь, мы бежим вперед паровоза. Мы еще полностью не реализовали свои возможности.

Е.М: Вас «кнопочниками» так и продолжают называть.

А: Ну я не так немножко считаю, но, тем не менее, это со стороны видно. Внутрипартийные дискуссии у нас есть. Но они как-то не выплескиваются в прессу. Их не видит никто.

А.М.: Ну так вы и не пускаете нас на внутрипартийные заседания.

А.А.: Здесь вопрос не ко мне. Мне уже намекнули, чтобы я свое место... и прочее, я прекрасно знаю. Что касается линии партии, я, естественно, знаю устав партии, свои обязанности, программу партии. И я очень досконально еще раз прочитал программу партии и на выборах в Госдуму, и на выборах президента. Там четкая есть линия — развитие политической системы. И каждая, малая группа людей, социальных слоев различных, имеет право, чтобы ее услышали. И мы должны всячески содействовать этому. Мало того, уже 4 апреля вышел манифест Либеральной платформы партии «Единая Россия». Там уже четко, конкретно говорится, что пора выходить, я цитирую, «из административного заповедника». И что партия «Единая Россия», в своих формах и методах будет использовать только политические возможности и силы, исключая любое административное влияние.

Е.М: Понятно, да.

А.А.: Я использовал полностью все свои права. И я просто дальше прошу...

Е.М: Давайте на землю вернемся.

А.А.: И я просто дальше, прошу... это не земля! Вы же партийный вопрос задали. Я думаю, нас смотрят и слушают не только оппозиция, но и мои соратники. И мне хочется высказать свой взгляд. Потому что, в принципе, меня никто не спрашивал, мои мотивы... Мне очень много звонили по телефону журналисты. Я четко сказал, почему. Так вот, я повторюсь. Ко мне обратился Ростислав Антонов, я его знаю по работе давно, уже лет 10 — и как руководитель партийного проекта «Народный контроль». А он является руководителем «Гражданского патруля». У нас примерно одинаковые задачи, мы с ним уже года два вместе работаем по различным проверкам. По проверкам продуктов питания...

Е.М: Товаров в магазинах?

А.А.: Товаров в магазинах — качество, цена и прочее. Есть результат. Когда, вот например, в 115-ой школе мы добились, выявили нарушения и добились устранения — от той организации, которая обеспечивала питание школьников. Об этом тоже прессе все известно. Так вот, ко мне обратился не только он, ко мне обратились общественники, и вы это прекрасно знаете.

А.М.: Я там даже есть.

А.А.: ...Половина из них — члены Общественной палаты. Ну как я мог отказать? То есть было такое, очень хорошее, желание. Первое, — взбодрить ситуацию. Может быть, я как-то некорректно поступил, но мотивы мои понятны. Я не нарушил каких-то положений... законов, устава, программы партии «Единая Россия». Это однозначно.

Е.М.: Тем более, что кандидатов не было на тот момент.

А.А.: Да.

А.М.: Вас просили отозвать Антонова?

А.А.: Поконкретнее. Что значит просили? Кто просил?

Е.М.: Скажем, руководитель фракции...

На меня никто не давит. Это однозначно

А: На меня никто не давит. Это однозначно. Был разговор. Например, так же даешь интервью, например корреспонденту газеты «Новая Сибирь», и там не совсем корректно было напечатано то, что я говорил. Но зачем вперед опять же бежать, мы еще не обсуждали... Даже Осипов, уважаемый человек, я его очень часто видел на тех же круглых столах. Умнейший человек, я думаю, достойный человек. Можно еще поговорить, почему одни и те же общественники обращаются к разным людям. Получается, что они начинают сталкивать интересы...

Е.М.: В общем, все виноваты.

А.А.: Я бы с ними встретился вместе.

Е.М.: Посмотрел бы в глаза...

А.А.: И поговорил бы: «Ребята, а как получилось, что вы предложили Антонова, затем вы обращаетесь...»

А.М.: Давайте...

А.А.: Я сейчас закончу — просто говорю, что на меня давления не было. Были встречи, были разговоры.

Е.М.: Встречи с кем?

А.А.: Исходя, опять же, из статьи в «Новой Сибири». Там первая половина была правильно написана: что у нас дисциплина, что решать будет фракция. Я по понятным причинам, хотя это тайное голосование, не могу голосовать «против». Самое большое, что могу, — вообще не голосовать. Меня, по-моему, понимают нормальные люди. Я же не предатель. И не могу свою душу продать.

Е.М.: А фракция собиралась по этому поводу? Приняла решение?

А.А.: Вот именно, что нет! Еще никто не собирался, еще никто не принимал решения. Но! В этой газете, еще было написано, что я и раньше голосовал против решения фракции. Но это неправда. Мы говорили о голосовании по поводу спикера, когда-то выбиравшегося — Беспаликова. И я это открыто тогда сказал. Что я голосовал «против». Об этом была речь. И нас нельзя назвать «кнопочниками». У нас есть внутрипартийная дискуссия, и если депутат на фракции выступает и говорит иную точку зрения, он имеет право либо воздержаться, либо голосовать против. Решение фракции ему дает возможность. Понимаете?

Я и губернатор выдвинули беспартийных

Я еще не видел программы ни Осипова, ни Светланы [Воронковой]. Я вижу одну программу [Антонова], с самого начала. И она мне интересна, достойна, как и сам человек. Я понимаю, что, как говорят, его обвиняют в национализме, я частенько слышу. Ну да, это как у нас говорят, было в детстве, лет 10 назад. Но у человека ситуация меняется. Его в развитии надо смотреть. Он — беспартийный. Даже взять сейчас такой момент. Я и губернатор выдвинули беспартийных.

Е.М.: Я и губернатор! Хороший подход.

А.А.: Я вот лично считаю, что сам лично губернатор не выбирал. А ему посоветовали. Есть определенные силы или обязанности у людей, которые этим занимаются. Как-то вот так сделали, зная, что я выдвинул. Со мной никто не разговаривал. Я сам не понял ситуацию. Выдвинули [Осипова], а потом начинают узнавать мою позицию. После того. Я как-то не понял.

Е.М.: Алексей, вот расскажи, что на самом деле произошло? Алексей Алексеевич спросил, почему сначала общественники предлагают одного кандидата, потом сразу четырех — и другому субъекту выдвижения?

А.М.: Все очень просто. Понятно, что наибольшими шансами на избрание, обладает тот кандидат, которого выдвинет или поддержит губернатор. Мы предложили Ростислава Антонова, потому что считаем, что он хорошо подходит для этой роли, он не связан с исполнительной властью, он будет защищать права граждан. Независимо даже от их национальности. Ну вот, четко написали. Обратились к Алексею Алексеевичу [Александрову], он поддержал — большое спасибо. Но встал вопрос, что может появится кандидатура Болтенко. На наш взгляд — это полная профанация должности омбудсмена. И мы обратились к губернатору с просьбой — для того, чтобы это не было профанацией, — поддержать, что называется, гражданский мир и согласие на территории области. Поддержать нашего кандидата — Ростислава Антонова. А если, по каким-то причинам, для него это неприемлемо, то присмотреться к другим, компромиссным, кандидатурам. Среди которых была названа и кандидатура Осипова. Он там, надо сказать, появился одним из последних.

Я еще хочу сказать, что большая была проблема с кандидатами. На самом деле, людей, согласных быть омбудсменами, среди приемлемых кандидатов, было очень мало. И, к сожалению, например, Яков Николаевич Самохин, отказался быть омбудсменом. С этим мы обратились к губернатору. И он выдвинул, условно говоря, компромиссную кандидатуру Осипова. Компромиссную между Антоновым и Болтенко. Но при этом, наше представление о том, что Антонов лучше соответствует этой должности и был бы лучшим омбудсменом, не изменилось. И если будет Осипов избран, то будем с ним сотрудничать. Но, на наш взгляд, кандидатура Антонова лучше. Они не антагонистичны, но, на мой взгляд, лучше. И не было нигде написано, что мы будем отзывать кандидатуру Антонова, если губернатор выдвинет Осипова, то есть у нас две хороших кандидатуры.

Е.М.: То есть все полномочия у Алексея Алексеевича остаются по вашему обращению?

А.М.: Да. На наш взгляд, Антонов все равно лучше.

Е.М.: Так как я человек, который не выдвигал ни одного кандидата, я агитацию вашу пресекаю, вот. Все кандидаты равны. Алексей Алексеевич, конкретный вопрос. Вот смотрите, у вас есть кандидат, хорошо — Антонов. На ваш взгляд — я не предлагаю отвечать за всю фракцию, но по вашему ощущению, — во фракции есть единое мнение, консолидированное, или пока разброд и шатание, кого поддержать? Потому что я слышал мнения, что кто-то готов и Воронкову поддержать.

А.А.: Мне не нравится слово «разброд и шатание»...

Е.М.: Это в вас говорит военный человек.

Губернатор — очень крепкий хозяйственник, правильно решает вопросы и хозяйственные. И зачем губернатору выдвигать омбудсмена?

А.А.: Идет внутрипартийный диалог. Каждый кандидат представляет свою программу, как может. И чья программа будет лучше, пока я, повторюсь, только одну программу — Антонова. Больше я ни одной программы не видел. И потом, не с чем сравнивать. Вот в чем дело. И если говорить опять же, о политике партии, то мне кажется, у нас губернатор — очень крепкий хозяйственник, правильно решает вопросы и хозяйственные. И вот зачем губернатору выдвигать омбудсмена...

Е.М.: По закону он имеет право.

А.А.: Я понимаю. Но, как бы по идее, по логике, должна фракция или партия выдвинуть, если идет фракционная борьба, политическая, вот в чем дело. Опять же, еще раз говорю, 19-го будет круглый стол, где мы заслушаем всех, после этого, уже и надо ставить вопросы. Как во фракции решат, какие там мнения, — я не знаю. Кто-то знает Антонова, кто больше участвует в гражданской жизни общества. Мы же по идее развиваем гражданское общество, говорим о контроле со стороны общества. Много вопросов, это как снять какие-то хозяйственные задачи с администрации, отдать в самоуправление, вот аналогичная задача. Аналогичная задача, чтобы снять напряжение.

Е.М.: Хорошо. Вы сказали, что слушания. Какие вопросы, на ваш взгляд, нужно задать кандидатам?

А.А.: Здесь, по-моему, надо сосредотачиваться на круге вопросов, который касается правовой системы. Это судебная система, это порядок обращения людей.

Е.М.: То есть вопросы по компетентности?

А.А.: Да, это такое. Посмотрите, когда случается несчастье, когда в [общественной] приемной [«Единой России»] бензином облились, в корне что лежит? Неправильное, неграмотное решение юридических вопросов. Человеку дали надежду и пускают по кругу. Либо сказать «да», либо «нет». Вот это самое главное. Если у тебя будет надежда, что ты прав, тогда ты четко будешь знать. А когда, у нас такая система существует... Вот если взять строительство третьего моста, мы, как депутаты, лично я и депутат городского совета Евгений Яковенко, два-три года, с начала еще срока своего депутатства, людям рассказывал, где пройдет [строительство], что надо делать, что надо узаконивать ... А сейчас идет уже вопрос судебный, это уже не наши полномочия. Одному дали так, посчитали так...

Е.М.: Вы компенсацию имеете в виду?

А.А.: Вопрос не в том, что мы плохо работаем, а в том, что оценено имущество не правильно. Вот эти вопросы надо решать. Когда четко будут знать, что, если ты обратился в суд, то он решит справедливо, с завязанными глазами.

Е.М.: Понятно. Алексей, у тебя есть вопрос? У меня есть вопрос.

А.М.: Ну, у меня реплика есть.

Е.М.: Давай реплику.

А.М.: Я хочу обратить внимание на то, что накал страстей связан с тем, что выработались определенные привычки проводить избирательные компании.

Е.М.: Ты имеешь в виду по выборам депутатов?

Поле должно быть зачищено к моменту выборов, пройти должен именно тот кандидат, которого определила власть

А.М.: По любым выборам. А именно, что поле должно быть зачищено к моменту выборов, пройти должен именно тот кандидат, которого определила власть, а все остальное — это плохо. И вот эти привычки, они механически переносятся на другую ситуацию...

Е.М.: Потому что неуверенность рождается? Или почему?

А.М.: Ну, просто потому, что люди привыкли решать вопросы определенным способом. И вот они, тем же самым способом, они пытаются решать сейчас.

А.А.: Можно, ремарочку? Это как выборы... идут выборы, и вот есть депутаты, которых народ знает. Я уже приводил пример от старшего по подъезду, по дому, ТОС, помощник депутата, либо где-то зарекомендовал себя. Либо просто, человек берет список и говорит: это люди, которых я уважаю, которых я всегда поддержу, и любой избиратель поддержит. И здесь ему нужен, скорее не политтехнолог, как у нас сейчас руководят, а пиарщик просто. Чтобы его мнение и его поступки донесли до избирателя. А когда вступают политтехнологи, которые начинают передергивать, приходит человек, говорит, вот выбирай округ, на каком ты округе будешь? А я тут политтехнологов вам дам, что мы наблюдаем, в принципе. Понимаете? И здесь переносится тоже самое. Как бы, есть политтехнологи, давайте ... мы его уберем. Сейчас там комиссия, где у него справочки... Есть формальный признак, всё, свободен. Вот эти разные подходы. А кто у нас руководит? Пиарщик или политтехнолог этим процессом? Это вопрос.

Е.М.: По-моему, паирщики от политтехнологов недалеко ушли в этом смысле.

А.А.: Для меня, как для депутата, это разное. Пусть мою позицию доведут, — это пиарщик. Он там пиарит, — слово такое зарубежное, некрасивое, но для меня страшнее политтехнолог.

Е.М.: Как сказал бы Виктор Иванович Козодой, все бы вам клеветать на достойных людей.

А.А.: Я очень уважаю его мнение. И мне даже неудобно, что так получилось. И Виктора Ивановича я знаю как принципиального депутата, я думаю, он понимает... что недавно только встал на такую стезю, главное, чтобы он в политтехнолога не превратился.

Е.М.: Давайте от обсуждения личности к ситуации прейдем. У меня вопрос, опять же, конкретный. Мне кажется, что эта ситуация с подогревом, с попыткой снятия, разговоров, она связана и с тем, что у руководства фракции или правительства, нет до конца уверенности, что вся фракция полностью лояльна. И не без основательно. Многие депутаты даже открыто и публично высказываются. И тот же Зозуля — вы рядом, по-моему, сидите в заксобрании, и Николай Андреевич Мочалин...

А.М.: Ну вот, расстрельный список назвали.

Е.М.: Полного контроля над фракцией не существует. И, мне кажется, нервозность именно из-за этого. Как себя поведут депутаты при тайном голосовании? И, например, на сайте коммунистов, если вы видели, там просто подборка публикаций про одно и тоже. Голосование тайное, еще не надо сдаваться, может быть, и за Воронкову проголосуют. На мой взгляд, была более сильная кандидатура Жирнова, конечно, ну да ладно. По вашему мнению, насколько фракция контролируема, насколько она лояльна к руководству фракции, к правительству?

А.А.: Что значит контролируема? Мы приводим сейчас примеры, например, Мамулат выдвинул [кандидата в омбудсмены], я выдвинул. Мамулат правильно делает, она сам с человеком договорился, он один. Выдвинул, с ним переговорил. Я, например, не могу сейчас взять и сказать, по понятным причинам, у меня должно быть решение вот этого совета...

Е.М.: Инициативной группы.

А.А.: Инициативной группы. Тогда я могу какой-то диалог вести. А так получается, тогда вообще веры не будет депутатам. Вот здесь, вы точно скажете: ребята, заканчивайте...

А.М.: Алексей Алексеевич, спасибо.

А.А.: Нет. Здесь давайте так. Скажем так, мои товарищи поймут, что происходит, и я буду на фракции представлять, защищать своего кандидата, и если фракция проголосует против, я единственное, что могу попросить, чтобы мне разрешили [не голосовать]. У нас нормальная ситуация во фракции. Есть, конечно, разные мнения... Но смотрите, как мы бюджет... поддержали бюджет. Это самый главный показатель работы губернатора. Поддержали бюджет, даже с вопросом.

Е.М.: Но не сразу поддержали.

А.А.: Почему не сразу? Был внутрипартийный диалог. Мы поддержали, и я голосовал за. Вот и ответ. А это, немножко, в другой плоскости. Здесь, очевидно, есть должность у кого-то, которому надо показать свою работу. Но работу надо показывать, не унижая ни одного депутата, а, наоборот, усиливая депутата. Сильный депутат «Единой России», он гораздо больше пригодится на выборах губернатора, сильнее, чем слабый. А как работать? Не лично со мной надо работать, не в моем мозгу надо работать, надо работать на округе, которым я руковожу. Или, вернее, который я представляю...

Е.М.: У меня последний вопрос: Вы сами проводите агитацию за Антонова во фракции?

А.А.: Нет. Мне, если кто позвонит и спросит, как и что, я отвечаю, да, вот такой-то, такой-то. Лично я никого ни за кого не агитирую. В конечном итоге, если его выберут, я ровно встану на те же ступеньки, он — омбудсмен, а я здесь. И, может, мне что-то будет не нравиться. Что-то мне и в совместной работе [с Антоновым] не нравилось. Но мы находили компромисс. Я думаю, что здесь это тоже будет. Ну как я могу влиять или еще что-то. Это не правильно будет.

Е.М.: Хорошо, спасибо.

Комментарии:
В связи с событиями, происходящими в мире, мы призываем вас к трезвому и взвешенному комментированию материалов на нашем сайте.

Мы с уважением относимся к праву каждого человека высказывать свое мнение. В то же время Тайга.инфо не приветствует призывы к агрессии, экстремизму, межнациональной вражде.

Также просим воздерживаться от оскорблений, в частности националистического характера.

Высказанные ниже мнения могут не совпадать с мнением редакции. Редакция не несет ответственности за содержание комментариев.

Не допустимы и удаляются комментарии, которые нарушают действующее законодательство и содержат:
  1. оскорбления личного, религиозного, национального, политического, рекламного и иных характеров;
  2. ссылки на источники информации, не имеющей отношения к обсуждаемой теме.
Нажимая кнопку «Комментировать», вы безоговорочно принимаете эти условия.

Рубрика:

Тип публикации:


Новости из рубрики:

© Тайга.инфо, 2004-2017
Версия: 5.0

Почта: info@taygainfo.ru

Телефон редакции:
+7 (383) 3-195-520

Издание: 18+
Редакция не несет ответственности за достоверность информации, содержащейся в рекламных объявлениях. При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на tayga.info обязательна.

Яндекс цитирования