«Других развлечений тут нет». Репортаж об изнасилованиях и убийстве девочки в красноярской деревне

© youtube.com. Сход жителей Нижней Кои после убийства девочки
«Других развлечений тут нет». Репортаж об изнасилованиях и убийстве девочки в красноярской деревне
22 Июн 2020, 11:38

Семья 12-летней девочки, изнасилованной и убитой в Шушенском районе Красноярского края, обращалась в полицию еще до ее смерти. Школьницу могли насиловать за год до гибели, а потом угрожать ей, но следовали не стали возбуждать дело. «Медуза» рассказывает, как живет деревня Нижняя Коя, где несколько лет было известно о группе подростков, которые могли совершать сексуальное насилие.

Тайга.инфо с разрешения «Медузы» перепечатывает ее репортаж «Других развлечений тут нет В Красноярском крае убили 12-летнюю девочку. За год до этого ее изнасиловали — об этом знала полиция и вся деревня».

1 июня 2020 года в заброшенном колодце возле свалки в красноярской деревне Нижняя Коя обнаружили тело 12-летней девочки. Она пропала 29 мая — после того, как пошла с младшей сестрой встречать коров с пастбища. Позже выяснилось, что ее изнасиловали и убили местные жители: 25-летний Павел Гордиенко, 19-летний Родион Соловьев и 14-летний Илья К. Год назад Илья — ему тогда было 13 — изнасиловал ее. В 2019 году семья девочки обращалась в СК с заявлением об изнасиловании и угрозах убийства, но следователи отказались возбуждать дело, потому что подросток не достиг 14 лет. Спецкор «Медузы» Ирина Кравцова съездила в Нижнюю Кою, чтобы узнать, как живет деревня, где местным парням все всегда сходило с рук.

Несколько лет назад жительница Нижней Кои, 42-летняя Антонина Яровая с Набережной улицы, поливала огурцы — и случайно услышала, что дети, с которыми возилась ее восьмилетняя дочь, обсуждали, как они ходят в лес и в шалаше «играют в половой акт». Мальчик во время этой игры ложился на девочку, и они то ли в шутку, то ли нет — Яровая не поняла — занимались сексом. Выяснить подробности у дочери Яровая не смогла, потому что та в лесу с ними не была. Зато дочь рассказала ей, что девочки забирались с мальчиками в заброшенные дома, там снимали трусы и «совали палочки себе туда». Яровая удивилась, хотя знала, что «дети в селе начинают интересоваться сексом лет с девяти, потому что никаких развлечений тут больше нет». По ее словам, «мальчики [девочек] чем-то угощают, девочки показывают им свое тело, и они онанируют».

Яровая рассказала об этом подругам и сходила «до соседки Лены» Халиловой, которая растила двух девочек (в 2018 году дочерям Халиловой было 11 и 9 лет). Старшая дочь Халиловой Маша (имя изменено) дружила со сверстницей Настей Х., с которой другим девочкам родители общаться запрещали. «Она, 11−12-летняя, ужасно материлась, хвасталась, что уже давно переспала с мужчинами, и не было сомнений, что это так и есть», — рассказывает Яровая.

Зная, что Елена Халилова импульсивная и ей «проще наказать, чем поговорить», Яровая предостерегла ее: «Ты не ори: дети между собой говорят о том, что наша свора [местная банда — пятеро парней] их склоняет к сексу — то ли уговорами, то ли угрозами. Спроси у своей, пока не поздно: залететь от уродов не очень-то интересно». Елена спросила у Маши, старшей из дочерей, участвовала ли она в чем-то подобном; та ответила: «Нет-нет, мама».

Тем не менее Елена Халилова пошла в школу к директору Сергею Арзамасову и спросила, знает ли он о подобных развлечениях детей. Директор ответил, что «это фантазии, и, скорее всего, мамы просто поссорились между собой и поэтому наговаривают на мальчишек». Елена ответила: «Если бы мы поссорились, морду бы друг другу набили, чай бы попили и успокоились, а тут речь о другом».

Арзамасов следом вызвал Яровую и спросил: «Зачем вы лезете? Занимайтесь своими детьми». Она ответила: «А у меня нет чужих детей. Они все мои». От своей дочери Яровая узнала, что дети устроили ей бойкот, потому что она все рассказала матери.

В то время Антонина Яровая объяснила сексуальный интерес местной банды к девочкам тем, что три года назад в деревне жила девушка «слабая на передок»: она спала со всеми парнями, «ей нравилось, им нравилось», а потом она переехала в город, «а им уже подавай», и они решили использовать «местных девок», из Нижней Кои.

Деревня с картинки

По дороге от Красноярска до Нижней Кои на трассе продают кедровые орехи, самогон на кедровых орехах, варенье из кедровых орехов и кедровые шишки, а еще березовые туески и мыло в виде пенисов и вульв — «для молодежи». Около города Минусинска, который по пути, на трассе можно купить первые в этом году, еще зеленоватые помидоры. Местные задорно говорят, что их помидоры самые сахарные и большие — вне конкуренции, — и приглашают приехать к ним в августе на День минусинского помидора. В этот день минусинцы проводят экскурсии на образцовые помидорные участки, обсуждают выращивание помидоров, слушают духовой оркестр и устраивают костюмированное шествие «Томат-шоу».

Маленькие деревушки из нескольких улиц находятся в Красноярском крае на значительном расстоянии друг от друга (примерно 60 километров). Их разделяют таежные леса и незасеянные поля, покрытые травой и луговыми цветами.

Деревня Нижняя Коя выглядит словно с картинки. Она стоит на берегу Енисея и с трех сторон окружена тайгой. В деревню ведет мост — под ним течет извилистая река Коя, а вокруг луга, где лошади и коровы щиплют траву. В деревне пять улиц: за мостом Заречная улица, а в основной части деревни — Центральная, Школьная, Набережная и Торговая.

Здесь живут около 300 жителей, и практически в каждой семье есть дети. Большинство из них предпочитают не задерживаться в школе — многие оканчивают только девять классов и дальше остаются жить с родителями. Выбраться из деревни в город удается немногим.

Успешными в Нижней Кое-считаются те, кто умудряется ничего не делать и получать какие-нибудь пособия от государства. О них соседи говорят с раздражением и завистью. Например, рассказывают о жителях, которые сумели подделать справки, что «они якобы умственно отсталые», и получают за это пенсию. Здесь про многих подростков говорят, что они «дураки со справками», при этом, по словам местных, по их поведению не совсем понятно — поддельные это справки или они и правда «дураки». Некоторые, как утверждают соседи, намеренно рожают троих и более детей — чтобы получать пособие как многодетные родители, жить на него и не работать. Некоторые женщины оформляют опекунство сразу над несколькими детьми из соседних детдомов, таким образом убивая, как считают соседи, сразу трех зайцев: получают помощников в хозяйство, финансовую поддержку от государства и при этом чувствуют себя хорошими людьми.

В деревне мало способов развлечься. В «День деревни» — впрочем, никто из жителей Нижней Кои не помнит, когда этот день отмечается, — в местный клуб приезжают выступать жители соседних сел. В этот вечер все смотрят выступления, а потом сами поют и танцуют, многие выпивают. Из детских забав — две детские площадки с качелями и турниками. Еще у детей есть одна обязанность — встречать коров с пастбища. В основном же подростки просто гуляют туда-сюда или катаются на велосипеде.

Одна просит прощения, другая материт

После переезда в 2015 году из Черногорска в деревню отец Маши Виталий устроился работать на Шушенскую птицефабрику в соседнее село (сейчас он работает на молочном комбинате в Синегорске), мать занималась скотом и огородом, иногда выпивала. Соседка Антонина Яровая уточняет, что она «не по три дня не просыхала, а просто выпивала от скуки — как все». Дети Халиловой при этом, по словам соседей, всегда были опрятно одеты, в доме «всегда было что покушать».

Соседские дети вспоминают, что когда Маша переехала, то сразу же записалась на танцы в клуб. На праздниках дети танцевали русские народные танцы — правда, не в национальных костюмах, как в городских детских кружках, а в обычной одежде, какая была. Еще в клубе раз в неделю либо показывали фильм, либо устраивали дискотеку, туда Маша тоже ходила.

Соседи говорят, что Маша всегда гуляла с младшей сестрой и была очень приветливой и воспитанной. Помощью по хозяйству родители слишком ее не перегружали, «делали упор на ее учебу»: Маша с сестрой только давали траву кроликам, ходили за крапивой, помогали собирать урожай. После школы мать отпускала ее немного покататься на роликах и поиграть с ребятами — и сразу домой. Без присмотра, по словам соседей, Маша никогда не была. Местные дети говорят, что сначала общались с Машей, но близких друзей она завести не успела, потом начала дружить с Настей Х. — и сверстники перестали с ней общаться.

По словам соседей, Маша и Настя были полными противоположностями: Маша — отличница, «ударница», Настя — двоечница, Маша — очень ведомая и податливая, Настя — чересчур напористая, наглая, Маша — добрая, всегда всем поможет, сто раз за ерунду попросит прощения, Настя обматерит семиэтажным матом, если что не так. Соседи предполагают, что девочки могли подружиться только потому, что обе сравнительно недавно переехали в эту деревню: семья Маши пять лет назад, семья Насти — чуть позже. «Маше хотелось найти подружку, а Насте — управляемую игрушку», — считают они.

Соседка Антонины Яровой Виктория Томилина (работает на Шушенской птицефабрике) говорит, что Настя «находила нашим одиннадцатилеткам женихов из других сел». У нее в телефоне есть аудиосообщения, которые Настя присылала подруге ее дочери (эти аудиозаписи всплыли, когда искали Машу). Она включает одно аудиосообщение за другим, 12-летняя Настя говорит: «Карина, давай, шевелись, сука», «Сууука, *****, он ниче по поводу твоего фото не ответил. *****, как бы сделать-то *****, сука. Короче, давай ты кидаешь фото — я отправляю ему, потом он кидает фото — я отправляю тебе. И посмотрим. Он просто со своей девушкой поссорился — ну, я у него была бывшая. Он нашел Любу. И теперь она с ним тоже поссорилась, и он хочет замутить с какой-нибудь Кариной. Он просто любит имя Карина».

В 2019 году, по словам Яровой, Елена Халилова даже побила Машу «в воспитательных целях, чтобы она больше никогда не водилась со своей подружкой Настей». После этого Маша выскочила из дома и побежала к социальной работнице Анне Чернышевой, которая живет в соседнем доме. Та вызвала полицию и отвела Машу с младшей сестрой к их тете Руслане. Они переночевали у нее, а когда вышли утром, сотрудники опеки забрали их обеих в детдом. Елене Халиловой пришлось собирать подписи у односельчан о том, что она «нормальная мать». Из-за бумажной волокиты судебное заседание постоянно переносилось. Дочерей Елены два месяца продержали в детском доме и только потом отдали ей.

Никто не хочет заморачиваться

Пятеро парней из деревни — 14-летний Илья К. (в деревне все называют его Кузей), 19-летний Родион Соловьев, 25-летний Павел Гордиенко, 13-летний Никита Т. и его двоюродный брат 15-летний Артем Т. — как рассказывают практически все жители Нижней Кои, в какой-то момент сбились в банду. Они били деревенских «алкашей», воровали у соседей, домогались девочек и девушек, курили, пили крепкий алкоголь и употребляли насвай.

«Никита мог посреди урока вывалить свое хозяйство и трясти им, а поделать с этим ничего нельзя — у него справка есть, что он дурак (информацию о том, что у Никиты была справка о наличии психических расстройств, „Медузе“ подтвердить не удалось). Кузя и Родя материли всех идущих им навстречу стариков и женщин, могли харкнуть в ноги или в твою сторону, когда мимо них проходишь. А сколько раз они меня крыли матом!» — говорит местная жительница Виктория Томилина. «Я Родиону говорю: „Да что ж ты делаешь, я все расскажу твоим родителям“. А ему по барабану: „Да иди в ***** [женский половой орган], сука“». В 2019 году восьмилетний сын Томилиной выходил из школьной столовой, и один из этих парней харкнул ему в лицо. Сына рвало, ей пришлось бежать в школу, чтобы его успокоить.

Бывшая одноклассница Родиона, 19-летняя Дарья говорит, что в школе он постоянно к ней приставал: «То минет ему сделай, то еще че-нибудь». Слова Дарьи подтверждает ее приемная мать Елена. Она говорит, что на школьных собраниях неоднократно обсуждали домогательства Родиона Соловьева к девочкам: «А он только смеется нам в лицо». Администрация школы, по словам Дарьи, часто в ходе разбирательств приходила к выводу, что мальчики так себя ведут, «потому что девочки сами их подначивают» или что «весь сыр-бор родители разводят просто потому, что сами что-то не поделили, а не из-за детей».

Односельчане уверены, что так происходит, потому что родители всех пятерых парней позволяют им так себя вести. Например, когда кто-то приходил к родственникам Родиона Соловьева сказать, что он приставал к их дочерям, и просил мать поговорить с ним, она начинала кричать: «Ты что! Это ты, тварь, проституток нарожала! Мой малыш ничего не делал». «Ее сын что-то натворит, а она на опережение пишет заявление в полицию на тех, кого он обидел, — говорит Виктория Томилина. — Всю жизнь они сами виноватые, они ки́даются на людей, но они вперед вызывают участкового, он приезжает и выписывает штрафы нам: правы мы, не правы, хоть что — 500 рублей — и уезжает. Милиция нам не раз говорила: „Вы с ними не связывайтесь, не обращайте внимания. Они могут и большого побить, и маленького“».

Когда Соловьеву говорили, что пожалуются на него родителям, он отвечал: «Будете возникать, я своих теток позову — они сами вас и в нос, и в рот, и везде». По словам Виктории Томилиной, однажды школьный врач решила поговорить с 19-летним Родионом: «Родя, ты же взрослый, как же ты себя ведешь?» Не успела она прийти домой, как его мать уже вызвала к ней участкового.

Антонина Яровая рассказывает, что не раз ловила подростков на месте преступления, когда они воровали технику и строительные материалы: «Один хрен менты отвечают: либо несовершеннолетние, либо со справками из психушки — им все можно».

Оксана с Набережной улицы (отказалась называть свою фамилию) говорит, что участковые у них меняются как перчатки. 56-летний житель Нижней Кои Анатолий объясняет их тактику так: «Участковый в нашей деревне не живет, он приезжает из соседней деревни, перед ним две конфликтующие стороны — родители обиженных детей и бандиты с их бандитскими родителями. Ему нужно отчитаться перед начальством, что он штрафов кому-то выписал, кого-то наказал. Участковому, конечно, проще бороться с родителями обиженных детей, потому что они ему ничего не сделают, в отличие от своры хулиганов, — поэтому родителей наказывают постоянно, а хулиганы безнаказанно гуляют».

На вопрос, почему подростки остаются безнаказанными и есть ли у их родителей связи в органах, односельчане смеются и говорят, что никаких связей у них нет — у них даже работы и денег нет, «просто никто не хочет заморачиваться с этим, милиционеры не хотят работать».

Отец Кузи — Александр — безработный, часто пьет, иногда подрабатывает в соседних селах. Его семья живет на пенсию бабушки (матери отца). Родион Соловьев живет с матерью, ее сестрами, их детьми и бабушкой. Его мать Валентина нигде не работает, где его отец — неизвестно. По словам соседей, семья живет на пособие по многодетности, которое выплачивают тете Родиона. Родители Павла Гордиенко пенсионеры, у самого Павла — вторая группа инвалидности, по словам его матери, у него «есть справка, что он отсталый».

Забыть об изнасиловании

Осенью 2019 года 13-летний Кузя, проходивший мимо двора Халиловых, смеясь кричал, что «имел [их 12-летнюю дочь Машу] и в рот, и в попу». Родители сразу стали расспрашивать об этом Машу, и девочка созналась, что Кузя, угрожая ножом, изнасиловал ее в июне в день ее рождения — когда ей исполнилось 12 лет, но она боялась им рассказывать. Родители повезли дочь в ближайший город Минусинск на обследование. Экспертиза, как рассказывает тетя девочки Руслана, подтвердила, что ее изнасиловали.

В ноябре 2019 года Елена Халилова пришла в полицию и заявила, что ее дочь изнасиловал 13-летний Кузя. Материалы передали в Следственный комитет. Там собрали доказательства, но уголовное дело не завели — поскольку возраст уголовной ответственности наступает только с 14 лет. Халиловой пообещали, что проведут с подростком профилактическую беседу.

Тогда сестра Халиловой Руслана посоветовала ей подать в суд на отца Кузи Александра «хотя бы на моральный ущерб, раз он физически не понес наказание». Елена так и сделала, но в суде тоже «все заглохло».

По словам Русланы, Елена с тех пор обращалась и в прокуратуру, и «едва ли не к президенту» — но на ситуацию с изнасилованием ее дочери так «никто и не повлиял». Источник «Тайги.инфо» в прокуратуре подтвердил, что Халиловы дважды обращались в полицию — с заявлениями об изнасиловании девочки и об угрозах убийства в ее адрес [со стороны Кузи и Родиона], но тогда уголовные дела не были возбуждены.

Руслана посоветовала сестре «все забыть». Она рассуждала так: раз помощи все равно нет, хорошо бы, чтобы все знакомые поскорее забыли, что Машу изнасиловали — «гордиться ведь тут нечем». Она попросила отца Кузи Александра, который живет практически напротив ее дома, больше не трогать племянницу, он отвечал: «Все-все, [сын] не будет [ее трогать], [я] согласен». Но когда Александр узнал, что Елена подала на него иск о компенсации морального ущерба, сам стал угрожать ей расправой.

Елена Халилова, по словам Антонины Яровой, пыталась собрать с односельчан подписи — что они тоже хотели бы провести расследование изнасилования ее дочери и того «беспредела», который Кузя с друзьями устраивали с их детьми. Кроме того, она предлагала односельчанам вызвать в деревню гинеколога, чтобы проверить, не был ли еще кто-то из девочек изнасилован. Однако подписей набралось очень мало: никто не хотел связываться, люди «завозмущались — как так, она нашими руками хочет посадить его, а если снова не выйдет, то что — он к нам разбираться потом придет», говорит Виктория Томилина. По ее словам, Елена второй раз ходила в школу и ей вновь сказали: «Вы там поругались [с родителями мальчиков], разбирайтесь сами».

Зимой 2019 года Елена столкнулась на улице с Кузей, он снова начал смеяться и говорить, как насиловал ее дочь. Тогда Елена схватила его за грудки, начала трясти и бросила на землю. Из кармана ее халата выпал складной нож, которым она пользовалась по хозяйству. Закончилось все, по словам Русланы, тем, что Кузя «отпинал Елену, унизил и ушел».

Вечером того же дня Елена с мужем Виталием пришла в продуктовый магазин и на выходе случайно встретилась с Родионом и Кузей. Виталий, по словам Русланы, «не удержался и вступил с ними в стычку». Подростки переломали Виталию Халилову ребра, били головой об асфальт и отталкивали пытающихся их разнять Елену и продавщицу магазина. По словам соседей, когда Родион Соловьев бил Виталия, его мать стояла и смотрела на это.

Виталий, как рассказывает Руслана, снял побои, подал заявление в полицию, но там не отреагировали. Отец Кузи тоже подал заявление в полицию на Елену Халилову за то, что она «покушалась на жизнь его сына». Суд признал ее виновной в покушении на жизнь подростка — ей дали условный срок и хотели надеть на ногу браслет, но «браслеты закончились». По словам Русланы, до июля 2020 года — в общей сложности полгода — Елена «на ограничении [свободы]».

Из одежды только большие штаны

29 мая 2020 года в семь вечера Маша Халилова вместе с младшей сестрой вышла встречать коров — Малышку и Зорю — с пастбища. Муж Виктории Томилиной в это время возвращался в деревню и проезжал мимо Маши на автомобиле. Обычно девочка здоровалась с ним и махала рукой, а в этот раз не поприветствовала. Он обратил внимание, что Маша была грустная, но «мало ли что могло случиться — поехал дальше».

В начале девятого младшая дочь Елены Халиловой привела домой коров — где ее сестра, она не знала. Когда в девять часов вечера дочери все еще не было дома, Елена Халилова забила тревогу и сказала соседке Оксане, что девочка не пришла домой. Дождавшись десяти часов вечера, женщины вызвали полицию, оделись и пошли искать девочку. Они шли по деревне, заглядывали во дворы и заброшенные дома и кричали: «Ма-а-ша!»

Спустившись вниз к Енисею, они увидели Павла Гордиенко — самого старшего участника местной банды. Одна из соседок запомнила, что Павел звонил матери Насти — подруги Маши — и срочно хотел с ней увидеться (позднее стало известно, что после исчезновения Маши Настя вместе с родителями внезапно уехала из деревни).

Когда Елена Халилова с соседями встретила прогуливающихся по деревне Кузю и Родиона Соловьева, Виктория Томилина спросила у них, не видели ли они Машу. Кузя сказал: «Видели», — а Соловьев одернул его и проворчал, мол, «нет, со вчерашнего дня не видели». Вместе с полицейскими односельчане прочесывали деревню до трех часов ночи.

На следующий день, 30 мая, к поискам Маши подключился и Павел Гордиенко с матерью — они тоже ходили по деревне и окликали девочку. В это время Родион и Кузя, как всегда, сидели на пригорке около кочегарки — там хорошая интернет-связь — и спрашивали у проходящих мимо односельчан, как идут поиски. «Сидят, смеются и про себя думают: „Ищите-ищите, дураки, а мы хоть развлечемся“», — говорит Оксана.

Утром 1 июня тело Маши нашли в заброшенном двухметровом колодце возле нелегальной свалки в лесу — недалеко от кочегарки. О существовании этого колодца никто из местных либо не знал, либо уже не помнил. Как только стало понятно, что девочка там, жители столпились вокруг колодца, а мать Маши закрыли в клубе, «потому что боялись, что она Родю или Кузю просто-напросто убьет». Руслану попросили быть с сестрой. В тот день Елену сопровождали даже в туалет. Пока в колодце откачивали воду, чтобы достать труп, Елена в клубе истошно кричала: «Убили девочку мою, убили девочку мою!»

Маша была голой, перемотанной с шеи до ног веревкой, которой обычно связывают сено. Из одежды на ней были только большие штаны — позже выяснилось, что они принадлежат Павлу Гордиенко, — в них засунули камни.

После того, как эксперты установили, что перед смертью девочка была изнасилована, у всех мужчин и мальчиков в деревне в возрасте от десяти лет взяли слюну для ДНК-теста. Жители Нижней Кои на улице рассказывают об этом, давясь от смеха: «Слюни берут даже у стариков и инвалидов на колясках».

2 июня полицейские задержали 25-летнего Павла Гордиенко, поскольку его генетический материал совпал с образцами, обнаруженными на теле девочки, — и вскоре он дал признательные показания. Источник РИА Новости в правоохранительных органах рассказал, что у Гордиенко «явные проблемы с психикой» и у него «есть справка», подтверждающая это. Этот источник также сообщил, что на первых допросах Гордиенко много врал, но в итоге сознался: он утверждал, что убивать не хотел — задушил девочку случайно. Кроме того, Гордиенко до последнего настаивал, что был один.

7 июня задержали и 19-летнего Родиона Соловьева — он частично признал вину и тоже был арестован. Как рассказали следователи РИА Новости, Соловьев сначала все отрицал, но «под давлением улик» сознался: якобы не убивал, а только участвовал в насилии. Вскоре криминалисты обнаружили генетический материал еще одного человека, и 11 июня был задержан 14-летний Кузя — именно он изнасиловал Машу за год до этого.

Примите меры

Пока оперативники проверяли подростков, в деревне случился сход — днем 4 июня почти все жители собрались у местного клуба, где временно разместился штаб следственной группы. Чтобы успокоить жителей, из райцентра Шушенское приехали начальники полиции, СК и прокуратуры. «Примите меры! Примите меры!» — кричала им одна из женщин.

«Я написала заявление, я перечислила все слова, какие он мне говорил и как угрожал, — говорила эта женщина. — Мне пришел ответ из прокуратуры в письменном виде: нет состава преступления, ничего нет. [Значит] меня может каждый, кто дурачок или кто считает себя дурачком, оскорбить, запугать. Мы здесь в селе все запуганы».

Сотрудник правоохранительных органов отвечал: «Если он действительно совершил противоправные действия, должны привлекаться родители ребенка». «Да никого не привлекают!» — кричали сельчане.

Местный депутат Татьяна Шмакова утверждала, что прежде привлечь парней к уголовной ответственности не удавалось из-за возраста и незначительности преступлений (краж). Полицейские заявили, что никаких официальных жалоб на подростков в отдел якобы не поступало.

Бабушка погибшей Маши Лариса уверяет, что чиновники и полицейские лгут, они давно знали обо всем: «Просто делать ничего не хотели, а зашевелились, только когда после убийства приехала Москва [следователи из Москвы]». Лариса работает почтальоном в деревне — осенью 2019 года она сама возила в Шушенский отдел полиции заявление о преступлениях, которые совершила банда подростков (там были указаны их имена и контакты). Ларисе выдали справку, что заявление зарегистрировано, но после этого никого так и не наказали — «якобы факты не подтвердились».

По словам источника РИА Новости, у сотрудников СК уже возникли вопросы к Шушенскому отделу по делам несовершеннолетних, отвечающему в том числе за профилактику преступлений. В ведомстве считают, что полицейские, узнавшие об изнасиловании, должны были рекомендовать суду отправить Кузю в спецучилище. Хотя тот и не достиг возраста уголовной ответственности, после такого тяжкого преступления школьника следовало сразу изолировать.

Родион Соловьев и Павел Гордиенко арестованы и находятся в СИЗО. У Гордиенко, рассказывают жители Нижней Кои, уже были проблемы с законом: он якобы несколько раз воровал из ларька продукты, но тюремного срока избежал из-за подтвержденного психического заболевания. В отношении обоих подозреваемых возбудили уголовное дело по статьям за убийство, изнасилование и насильственные действия сексуального характера.

СК завел дело и по статье «Халатность». Фигурантов по нему, правда, пока нет. 16 июня председатель С К Александр Бастрыкин взял под свой контроль расследование убийства Маши Халиловой. Также он приказал дать правовую оценку действиям силовиков, которые не выполнили свои должностные обязанности при первом обращении матери ребенка в декабре 2019 года.

В пресс-службе Главного управления МВД России по Красноярскому краю настаивают, что своевременно провели все необходимые процессуальные действия по поводу всех обращений Халиловой. В декабре 2019-го, как отчитывались полицейские, они приняли заявление о насильственных действиях сексуального характера в отношении ее дочери. Они подчеркнули, что заявление было «в установленном порядке зарегистрировано и направлено в следственный отдел Шушенского района». Затем 13-летнего подозреваемого поставили на профилактический учет.

Полицейские не отрицали, что в феврале 2020-го получили от матери потерпевшей заявление об угрозе убийства со стороны несовершеннолетнего жителя поселка 2005 года рождения. Впрочем, «в ходе проверки данный факт не нашел своего подтверждения, и было отказано в возбуждении уголовного дела», сообщили полицейские. Решение об отказе, как сообщили в пресс-службе, «было утверждено прокуратурой Шушенского района». Сейчас, сообщают в ведомстве, это решение отменено и направлено в полицию для проведения проверки.

Родион

Заречная улица находится поодаль от всей деревни — за мостом. На ней живут трое обвиняемых в изнасиловании и убийстве Маши.

Приятель Кузи и Роди Соловьева (просил не называть его имени) показывает корреспонденту «Медузы», где живут их родители. По его словам, Родион Соловьев мог послать мать прямо в глаза: она ему звонит — «сынок, иди домой покушай», а он ей — «пошла ты в ***** [женский половой орган]!» Почти дойдя до дома Соловьевых, парень останавливается и говорит, что дальше не пойдет: «Вы тоже осторожней там. Они и ки́даются, и чего только не делают, у них свои понятия, могут и ментов на вас позвать».

В ответ на просьбу ответить на несколько вопросов о сыне из двора семьи Соловьева доносятся женские крики: «*****, *****, ****** [идите к черту] — все ***** [отстаньте] от мальчика!» Никто не выходит. Соседи Соловьевых называют их семейкой Аддамс: «Нет такого человека в деревне, чтобы они его не облаяли и не обматерили». «[Когда мать Соловьева] идет по центру дороги, я ее объезжаю», — признается сосед.

Виктория Томилина рассказывает, что сейчас мать Соловьева говорит односельчанам: «Наш малыш хороший. Это деревня виновата. Это вы все, твари, против него настроены». Соловьевы, по словам Томилиной, говорят, что, наверное, полиция их детей побила и поэтому они сознались.

Кузя

В доме родителей Кузи на кухне горит свет. Его бабушку, по словам соседей, несколько дней назад увезли в больницу с инсультом. Отец, несмотря на лай собаки, даже не подошел к окну. По словам соседей, в последнее время Кузя стал поднимать руку и на отца. После случившегося Александр перестал появляться на улице.

Одноклассница Кузи Татьяна рассказывает, что в их классе учились три человека, включая ее саму и Кузю. На уроках Кузя ничего не делал. Когда учительница просила его включиться в работу, он огрызался. В ответ на это учительница привычно говорила: «Ладно, проведем урок без тебя», — и Кузя продолжал сидеть в телефоне.

Молодая школьная учительница Кузи (попросила не называть ее имени) говорит, что до шестого класса он учился и вел себя нормально. Потом «связался с нехорошей компанией» и в конце шестого класса резко перестал учиться. Директор и завуч пытались заставить его образумиться, но все впустую. Впрочем, по ее словам, она не слышала, чтобы в ее присутствии ученик матерился или обижал кого-то.

Учительница отмечает, что отца Кузи Александра регулярно вызывали на разговоры с директором и завучем. Тот обещал поговорить с сыном. «Но вот они с отцом стоят вместе, Илья тут же огрызается на учителей, отец делает ему замечание, а Илья не обращает внимания. Для него отец не авторитет».

Пожилая Галина Арилова сейчас работает уборщицей в школе. По ее словам, в классе постоянно лежат докладные на Кузю. В них говорится, что он матерится в школе, мешает вести уроки и курит в коридоре. Десять лет назад Галина работала в детском саду и видела: «Время забирать его [Кузю], а Сашки [его отца] нет. Вывожу мальчика во двор, смотрим, а Сашка напротив сада валяется пьяный». По словам Галины, свою мать Кузя почти не видел, отец выгнал ее из дома, когда мальчик был еще совсем маленьким; его растили отец и бабушка. Галина вспоминает, что раньше часто, идя по деревне, наблюдала картину, как мальчонка около пьяного отца на дороге сидит, плачет: «Папочка, папа, пойдем домой», — а тот его даже не узнает, отмахивается, как от комара.

Павел

Приятель компании также показывает частный дом на два хозяина, в котором жил Павел: у семьи Гордиенко во дворе несколько сараев, у их соседей — пятиметровая пушистая ель. «У родителей Паши не все дома — близко не подходите и лучше не смотрите в глаза, — предупреждает их знакомый. — В прошлом году Паша с Кузей украли у моего десятилетнего брата телефон, а когда мы с отцом приехали к ним забрать телефон, его отец бросился на нас с топором. Оказалось, что Паша с Кузей успели продать телефон брата в ломбард».

Мать Павла Галина соглашается поговорить с корреспондентом «Медузы» о своем сыне. Выходя из двора, 66-летняя женщина кричит на гавкающую собаку: «Тихо, *****!» Она в халате и кофте с капюшоном. После вопроса о том, что она думает об обвинениях в адрес ее сына, Галина надевает капюшон: «У меня больной ребенок на голову, и че?» Павел, по ее словам, окончил всего шесть классов, не умеет читать и писать, расписывается буквой «г». При этом она уверяет, что Павел «спокойный нормальный ребенок» (Виктория Томилина утверждает, что отец Павла однажды рассказал ей, что купил электрошокер, чтобы отбиваться от сына) и «маму очень любил, агрессии не проявлял».

«Нет у него агрессии, тем более на малолеток, он вообще детей любит, — уверяет Галина. — Он жил с женщиной, у нее были дети подростки — девочки и мальчик. Зачем ему эта девочка?» Потом она говорит о том, что ее действительно волнует: «Кузя с Родей ходят у Паши только деньги выцыганивают, мать Тереза он у меня, *****. Сын их и кормил и обувал, вся пенсия уходила на них».

Галина не верит, что ее сын мог убить и изнасиловать девочку. «Сынок у меня, как это называется, больной клептоманией. А вор не будет убийцей. Он не мокрушник. Он в компьютерные игры слабенькие играл, гонки. У него были взрослые женщины тридцати лет».

Эта ситуация, по словам Галины, на нее не давит: «У меня все хорошо. Я хожу и в магазин, и везде, со мной люди разговаривают, здороваются. Ко мне нет агрессии». Единственное, что, по словам Гордиенко, ее расстраивает, — это то, что теперь она осталась «без рук»: больше некому помогать по хозяйству.

Маша

Общаться с корреспондентом «Медузы» Елена Халилова отказалась: «А что это теперь изменит? Кто-то сможет мою девочку воскресить? Это раньше я пороги обивала, сама просила внимания, просила, чтобы меня выслушали, — никто не слушал — а теперь что уж». Халилова также отказалась позвать на улицу своего мужа.

Приятель Кузи и Роди Соловьева вспоминает, что прошлым летом видел, как Маша шла по мосту и плакала; на все его расспросы ответила только, что мальчики «связывали ее ремнями». Подросток пошел разбираться к приятелям, а они посмеялись и сказали, что просто шутили над ней.

Этот приятель ведет корреспондента «Медузы» к колодцу, где нашли убитую Машу. По пути рассказывает, что пятеро ребят, которых в деревне называют бандой, не были его близкими друзьями: «Просто с ними лучше было дружить, чем нет, — тем более что в этой деревне живут мои сестры». В апреле 2020 года Кузя, Родион и Павел показали ему местность возле колодца — по его словам, они планировали ограбить ларек и хотели возле колодца спрятать украденное, потому что, кроме них, там никто не ходит.

Поднимаясь на пригорок, юноша указывает рукой на тарзанку справа — «здесь любили тусоваться Маша с подружкой» — и направляется вглубь леса.

Дойдя до свалки, он поворачивает направо. Там валяются смятые пластиковые бутылки, мусор и много разбитых стекол. По словам юноши, весной они с парнями часто собирались на этой свалке, чтобы пострелять из рогатки в стеклянные бутылки. Вокруг колодца разбросан мусор и растут дички (разновидность сибирской яблони). Сейчас колодец накрыли бетонной плитой.

Приятель парней, убивших Машу, говорит, что не знает, почему выбрали именно ее — потому что сильно нравилась или потому что ненавидели.

Взрослые из деревни уверены, что подростки рационально прикинули: «У нее пьет мать — в случае чего, кто ее проблемами будет заниматься?» Еще они думают, что Родион и Кузя специально взяли с собой Павла Гордиенко, чтобы он «в финале ей присунул, оставил свой материал и на него можно было спихнуть все в случае чего — поэтому на убитую Машу и надели штаны Павла — у него же все равно справка, его бы не наказали».

Дети считают, что в качестве жертвы подростки выбрали Машу, потому что она была «очень добрая и не умела дать отпор, все время за все извинялась». «Например, мы играли в догонялки в мае, — вспоминает 10-летний приятель Маши, — а у нее болело колено, и она просила прощения за то, что у нее не получалось быстро бегать. Она споткнулась, упала и попросила прощения». «Они просто воспользовались ее добротой», — уверен Машин друг.

Почему Маша продолжала общаться с этой компанией после изнасилования — а об этом преступлении в деревне все знали, — никто так и не понял. Многим детям удавалось избегать этих ребят, но Маша не игнорировала их. Более того, всегда отвечала на их вопросы на улице, терпеливо переносила насмешки и не пыталась за себя постоять. Когда ее знакомые спрашивали, почему она с ними все еще общается, Маша отвечала: «Не могу говорить, отстань».

«Других развлечений тут нет», «Медуза», Ирина Кравцова, 20 июня 2020 года


Комментарии:
В связи с событиями, происходящими в мире, мы призываем вас к трезвому и взвешенному комментированию материалов на нашем сайте.

Мы с уважением относимся к праву каждого человека высказывать свое мнение. В то же время Тайга.инфо не приветствует призывы к агрессии, экстремизму, межнациональной вражде.

Также просим воздерживаться от оскорблений, в частности националистического характера.

Высказанные ниже мнения могут не совпадать с мнением редакции. Редакция не несет ответственности за содержание комментариев.

Не допустимы и удаляются комментарии, которые нарушают действующее законодательство и содержат:
  1. оскорбления личного, религиозного, национального, политического, рекламного и иных характеров;
  2. ссылки на источники информации, не имеющей отношения к обсуждаемой теме.
Нажимая кнопку «Комментировать», вы безоговорочно принимаете эти условия.


Новости из рубрики:

На эту же тему
© Тайга.инфо, 2004-2020
Версия: 5.0

Почта: info@taygainfo.ru

Телефон редакции:
+7 (383) 3-195-520

Издание: 18+
Редакция не несет ответственности за достоверность информации, содержащейся в рекламных объявлениях. При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на tayga.info обязательна.

Яндекс цитирования Яндекс.Метрика